Болезнь в воскресенье

Анабель получает неожиданный звонок. Женщина на том конце провода представляется Кьярой и утверждает, что она дочь, которую Анабель оставила тридцать пять лет назад. Анабель не помнит никакой дочери, не помнит беременности и родов. Она вообще мало что помнит о своей прошлой жизни. Ей за шестьдесят, она замужем за состоятельным мужчиной, живёт в просторном доме, носит строгие костюмы и управляет благотворительным фондом. Прошлое плотно закрыто. Но Кьяра настаивает на встрече, и Анабель соглашается. Из любопытства, из смутного чувства вины, из желания понять, кто эта чужая женщина с её глазами.

Встреча происходит в загородном доме, где Анабель когда-то жила с первым мужем. Она предлагает Кьяре провести там десять дней, как бы для того, чтобы наверстать упущенное. Кьяра соглашается. Дом старый, каменный, окружённый лесом. Внутри пахнет пылью, старыми книгами и чем-то ещё, чему нет названия. Поначалу общение идёт натянуто. Анабель ведёт себя как хозяйка, которая принимает незваного гостя. Кьяра держится настороженно. Они едят вместе, гуляют по саду, разговаривают о погоде. Но постепенно Анабель начинает замечать странности. В доме исчезают и появляются предметы, по ночам кто-то ходит по коридору, а сама Кьяра задаёт вопросы, на которые не должна знать ответа.

Рамона Саласар, режиссёр и сценарист, строит фильм как медленное погружение в бездну. Диалоги здесь важнее действий, паузы важнее слов. Сусанна Абайтуа в роли Анабель выдаёт одну из лучших своих работ. Её героиня холодна, но не бесчувственна. Она совершила нечто ужасное много лет назад, и теперь это «нечто» вернулось и сидит напротив за столом. Барбара Ленни в роли Кьяры гипнотизирует. Она говорит мягко, двигается плавно, но за этой мягкостью чувствуется сталь. Сцена, где Кьяра впервые называет Анабель «мама», а та замирает с поднятой чашкой, длится мучительно долго. И в этой паузе больше напряжения, чем в ином триллере.

Постепенно становится ясно, что Кьяра не просто хочет познакомиться с матерью. У неё есть план. Десять дней это не случайный срок, а условие сделки. И то, что она потребует в финале, переворачивает всё. Анабель придётся заплатить за грех, о котором она даже не помнила. И плата будет высокой.

Фильм снят в холодной, почти бесцветной гамме. Камень, туман, тёмная вода в пруду. Операторская работа намеренно статична. Камера подолгу задерживается на лицах, на руках, на пустом кресле у камина. Звуковой дизайн минималистичен: скрип половиц, ветер в кронах деревьев, тиканье часов. Всё это создаёт ощущение, что ты не в кино, а в чьём-то тревожном сне.

Премьера состоялась на фестивале в Сан-Себастьяне, затем фильм прошёл по европейским экранам, не собрав большой кассы, но получив тёплые отзывы критиков. После титров остаётся тяжёлое молчание. «Болезнь воскресенья» это не хоррор и не драма в чистом виде. Это притча о том, что прошлое никогда не умирает. Оно просто ждёт подходящего момента, чтобы постучать в дверь. И когда открываешь, видишь своё отражение. Только моложе. Только злее.